В наше странное время, когда похвалить своего брата коллегу считается неприлично, думаю, от этого правила следует отступить. Повод-то, давненько приглянувшийся: по нашей стране вот уже шестой год стройным порядком шествует "Романсиада”, организованная редакцией газеты "Труд” и, соответственно, Благотворительным фондом поддержки и развития русского романса. К этой акции подключились также Министерство культуры РФ и телекомпания "ТВ-Центр”. Последнее тем более важно, что в режиме жесткого шоу-безумия на экранах телевидения наконец-то звучит что-то по-человечески сердечное.

"Романсиада” – это конкурс, следовательно, имеет свои правила, от которых не следует отступать ни на региональном, ни на всероссийском уровнях. Солидный список конкурсантов говорит о масштабах организации, о все более увлеченном стремлении городов и весей представить своих певцов. Ими, может быть, и движет честолюбие, но, ей-богу, это незазорно. Стоит только выйти к роялю юноше или девушке, исторгнуть из груди первые ноты и слова: "Вернись, я все прощу!”, "Слышен звон бубенцов”, "Да, я люблю тебя и проклинаю”, как по вашей, зрителя, душе, тоскующей по тайнам любовных терзаний, пройдет холодок восторга. Вы не столь придирчивы, как если бы это было на солидном конкурсе вокалистов. Вы просто внимаете волшебству русского романса. И совершенно справедливо одариваете певцов криками "браво” и аплодисментами.

Итоги "Романсиады-2002” известны. Они были вполне предсказуемы даже для неискушенного в вокале слушателя. Действительно, Чингис Аюшеев из Бурятии так мило, очаровательно спел "Моя душечка” мягким, интонационно-раскованным баритоном, что ни у кого не было сомнения: перед нами талантливый вокалист, достойный обладать высшей наградой Гран-при. В не меньшей степени можно сказать и о москвичах Давиде Гвинианидзе, Александре Касьянове, поделивших первую премию, об Ирине Крутовой и Дмитрии Степановиче, сибирячке Ирине Боженко из Красноярска, соответственно разделивших вторую премию. Ирина меня удивила интерпретацией Варламовского романса: тембр ее колоратурного сопрано напомнил нынче забытую, несравненную Барсову. В третьей ступени лауреатов заметны артистизм сильных и щедрых баритонов Вячеслава Резниченко из Таллина и Александра Зверовича (Гродно), изящество меццо-сопрано Ларисы Андреевой из Челябинска... Словом, есть с чем соглашаться или нет с оценкой жюри, состоявшего, кстати, из авторитетных в нашей культуре людей. Но вот что настораживает. Предсказуемый результат исходит отчасти из профессиональной подготовки молодых соискателей, работающих на сценах театров, филармоний и т.д., что заведомо обрекает столь прекрасный конкурс на роль очередного состязания мастеров – не более. Обаяние "Романсиады” состоит в свежести, непосредственности как в выборе кандидатов, так и в поистине народном движении. "Средь шумного бала” справедливо завоеванный успех не следует затушевывать золотую середину: не опускаться до самодеятельности и сохранять статус профессионального конкурса.

Ведь поют же русский романс…

Сергей ЛУКОНИН

© "Литературная газета", 2002
Наверх